Интервенция Италии в Первой мировой войне. «Внутренний фронт» и психологическое наследие - Grassi, Fabio L. (Journal of history, 2020)
Целью данной статьи является освещение самых последних литератур в итальянской и зарубежной историографии о том, как и почему итальянцы разделились в отношении возможности начать войну, присоединившись к державам Антанты, и об итальянском обществе в годы войны. Большая часть сторонников интервенции утверждала, что война была прекрасной возможностью для завершения национального единства. Вне или за этой рациональной целью присутствовали такие цели, как навязывание итальянскому народу тяжелого испытания, чтобы привести его к зрелости и уверенности в себе. Левые сторонники интервенции смотрели за пределы непосредственных территориальных интересов и нацелены на разрушение «тюрьмы народов», как империи Габсбургов. Одним из них был Бенито Муссолини, который был видным левым социалистом и порвал отношения со своими товарищами, вступившими в довоенный фронт. Католики, социалисты и многие либералы, в целом большинство страны, не желали вмешательства, но их оппозиция была пассивной. Итальянская интервенция была в основном государственным переворотом, спровоцированным насильственным меньшинством. Тем не менее итальянцы смиренно приняли решение правительства и умирали в окопах. Только в 1917 году, особенно в Турине, возникли серьезные проблемы, которые начались из-за нехватки товаров первой необходимости. Даже русские революции и великое поражение Капоретто не подталкивали социалистов к изменению их лояльного и пассивного отношения. Счастье в окончательной победе было с самого начала отравлено ощущением, что Франция и Великобритания склонны давать мало удовлетворения Италии, особенно на восточном побережье Адриатического моря и в Турции. Таким образом, Италия вышла из войны в психологическом состоянии, более близком к настроению побежденной страны, чем к настроению страны-победителя.